Loading...

Сергей Адоньев – голубой мальчик для особых поручений Чемезова

В сентябре 2010 года глава «Ростехнологий» Сергей Чемезов на встрече со страстно увлекающимся гаджетами президентом Дмитрием Медведевым показал прототип российского сотового телефона 4G с двумя экранами. Разработкой телефона, который получил название YotaPhone, занялась компания Yota Devices, в которой контроль (64,9%) принадлежал фонду Telconet Capital Limited Partnership Альберта Авдоляна F 146 и Сергея Адоньева F 147, а «Ростехнологий» было 25,1%. Собеседники газеты «Ведомости» называли Авдоляна человеком из окружения Чемезова. «Короче, Apple напрягся», — пошутил в 2013 году Медведев, когда первый смартфон ему презентовал Сергей Чемезов. Но за два года в мире было продано менее 100 000 смартфонов. Непопулярность смартфона эксперты объясняли высокой ценой — почти 22 000 рублей за смартфон — и узостью продуктовой линейки. К тому же на продажах сказалась и девальвация рубля в декабре 2014 года. Но акционеры не отчаивались и ожидали взрыва продаж после выхода отечественного смартфона третьего поколения. Что случилось потом. Акционеры Yota Devices начали постепенно выходить из бизнеса в 2016 году — тогда 30% у фонда Адоньева и Авдоляна купила китайская компания China Baoli Technologies Holdings. Позже продал свои 10% сооснователь и экс-гендиректор компании Владислав Мартынов. Весной 2017 года Сергей Чемезов заявил о нехватке китайский инвестиций для выпуска третьей модели отечественного смартфона. В июле 2018 года «Ростех» продал свой пакет в Yota Devices консорциуму во главе с китайской инвестиционной группой Trinity World Management за 3 млрд рублей. В 2019 году Верховный суд Каймановых островов признал Yota Devices банкротом с долгом в $1 млн. В 2019 году Авдолян забрал за долги крупный актив Зиявудина Магомедова — Якутскую топливно-энергетическую компанию, на основе которого планирует строить кластер в Якутии, и остается основным претендентом на долю Газпромбанка в Эльгинском месторождении. Сергей Адоньев в 2018 году спонсировал президентскую предвыборную кампанию Ксении Собчак. Также Адоньев — один из спонсоров «Новой газеты» и http://compromat-sng.com 

 

Исраелян рассказал, что купил RTVI, вдохновившись успехом армянских медиа в Калифорнии. По оценке ресторатора, на западном побережье канал может охватить 20% русскоязычного населения. В биографии бизнесмена до сегодняшнего дня ничто не указывало на интерес к медиа. У Исраеляна нет бизнес-интересов в России, рассказал его знакомый бизнесмен, а канал он мог купить «для кого-то». Исраелян ответил, что давно мечтал заняться медиабизнесом.

В «Ростехе» ответили, что ни корпорация, ни ее менеджеры не имеют отношения к финансированию RTVI.

Свое первое кафе Исраелян открыл в 14 лет в Ереване и продолжил заниматься ресторанным бизнесом после переезда в Лос-Анджелес. Он открыл ресторан «Романов», назвав его стилизованным под Зимний дворец в Петербурге, и ночной клуб Playhouse. Свои связи в Голливуде Исраелян использовал и на родине. В 2012 году он вместе с тогдашним президентом Армении Сержем Саргсяном и создателем Comedy Club Артуром Джанибекяном вел переговоры с Мэлом Гибсоном о съемках фильма об Армении, но фильм так и не был снят. Глянцевый журнал Yerevan, рассказывающий об успешных армянах, называл Исраеляна «главным везунчиком Голливуда».

«Но в душе он остается чекистом и каждый свой шаг согласовывает с Путиным», — уверен бывший высокопоставленный чиновник, лично знающий Чемезова. «Ему можно их содержать, потому что разрешили и он поддерживает. Нужен баланс, должен же кто-то писать и про таких, как Андрей Костин. Так мы показываем миру, что у нас есть свобода слова», — объясняет бывший кремлевский чиновник. Ту же логику объяснили еще двое чиновников, работающих в Кремле и Госдуме, а также отставной высокопоставленный чиновник, знакомый с Чемезовым. Такая поддержка еще и выгодна власти: в нужный момент поддерживаемым Чемезовым СМИ можно будет установить нужные власти запреты, например, классический — «не писать личные выпады против Путина и его семьи», считает собеседник, близкий к руководству кремлевской администрации.

На вопрос, какие либеральные проекты связаны с Чемезовым, все собеседники первой назвали «Новую газету».

Благотворительный взнос

— «Газетой расстрелянных» зовут «Новую» Ваши коллеги. Звенящим камертоном российской журналистики навсегда останутся имена сотрудников газеты, отдавших жизнь за человеческое достоинство и правду. Низкий поклон истинным патриотам, которые делают все, чтобы наша страна становилась лучше и чище, — такое поздравление с 50-летием многолетнему главреду «Новой газеты» Дмитрию Муратову — он возглавил редакцию в 1995 году, сделав перерыв с 2017 по 2019 год — в апреле 2010 года появилось в «Независимой газете». Автором поздравления был Чемезов.

Он неоднократно поздравлял Муратова с днем рождения, а саму «Новую» с годовщиной основания.. Здесь (1, 2, 3) можно прочесть некоторые из поздравлений, сохранившиеся в электронном архиве «Независимой газеты». Сотрудники «Новой» шутили по этому поводу и даже заключали споры, будет ли в новом году очередное поздравление, вспоминает сотрудник редакции. Муратов и Чемезов были знакомы, но совсем не тесно: в середине нулевых главный оружейник страны приходил на встречу с редакцией газеты.

В конце 2014 года у крупнейшего частного акционера «Новой газеты» Александра Лебедева возникли проблемы — к приговору за драку с Сергеем Полонским добавились обыски в принадлежавшем Лебедеву Национальном резервном банке. В это же время Лебедев отказался от «добровольных пожертвований» редакции «Новой»: по оценке его знакомого, они равнялись нескольким миллионам рублей каждый месяц. В редакции начались неплатежи зарплаты, по воспоминаниям двух работавших в тот период журналистов «Новой», неплатежи продолжались не менее трех месяцев, Муратов даже допускал отказ от выпуска печатной версии газеты.

Именно на рубеже 2014-2015 годов у газеты появился новый партнер, выплачивающий редакции ежемесячное пожертвование. Им стал акционер компании Yota Сергей Адоньев, рассказывает знакомый бизнесмена, но в переговорах участвовали Чемезов и их общий партнер Альберт Авдолян, говорят два собеседника — близкий к газете и к бывшим акционерам Yota. Менеджер «Новой газеты» и бывший журналист издания на вопрос, кто инвестор, называют Чемезова, а не Адоньева, поясняя, что именно такое мнение бытует в редакции. Муратов это опровергает (см. ниже полный текст комментария главного редактора «Новой газеты»).

Выпуск острых статей, касающихся Чемезова, его семьи и бизнеса, требует предварительного разговора с инвестором и дополнительного времени, чтобы получить его комментарий, — говорят два журналиста «Новой», подчеркивая, что Муратов всякий раз бьется за публикацию статей. В «Ростехе» ответили, что ни корпорация, ни ее менеджеры не имеют отношения к финансированию и редакционной политике «Новой газеты». Муратов — единственное препятствие для давления, говорит знающий Чемезова бывший высокопоставленный чиновник: «Убрать Муратова, и это быстро превратится в „Коммерсант“». Речь об издательском доме «Коммерсант», которым владеет олигарх Алишер Усманов, и который не раз обвиняли в цензуре.

В 2019 году две громкие истории, касающиеся Чемезова и написанные журналистами «Новой», вышли в «Медузе». В марте в «Медузе» были последовательно опубликованы статьи «Кошелек российской элиты» (посвящена бизнесу Рубена Варданяна, в тексте также упоминается Чемезов) и «Акулинино на Коста-Брава» (напрямую посвящена заграничной собственности семей Чемезова и его партнеров: 1, 2). Все авторы отказались обсуждать причины публикации своих текстов в другом СМИ, редактор Роман Шлейнов сказал, что решение о переносе публикации в другое место принимал лично он, как редактор OCCRP — оба материала писались в сотрудничестве с этой международной организацией. Муратов прокомментировал эпизод с выходом в «Медузе» статьи о Варданяне, сказав, что текст был отдан другой редакции лично редактором «в нарушение договоренностей» и «Новая» была готова выпустить то расследование.

В 2014 году в газете, напротив, появилась публикация, в выгодном свете освещающая работу компаний Чемезова. Автором статьи «Государство прибрало нефрит к хорошим рукам» значится Алексей Баринов.

Разворот «Новой Газеты», выпуск № 36 от 4 апреля 2014Разворот «Новой Газеты», выпуск № 36 от 4 апреля 2014

Сотрудника с таким именем не смог вспомнить ни один опрошенный журналист «Новой», да и в газете за все время за его именем вышли только два материала — второй тоже очень комплиментарный, но посвящен не «Ростеху», а государственной «Русгидро».

Муратов не стал комментировать публикацию этих статей.

По просьбе главного редактора «Новой газеты» Дмитрия Муратова целиком приводим его ответы на вопросы:

Действительно ли партнер редакции Сергей Адоньев лишь представляет истинного инвестора — Сергея Чемезова? Почему собеседники в редакции считают истинным инвестором издания Чемезова, а не Адоньева?

— Господин Чемезов, его сотрудники или структуры «Ростеха» никогда не финансировали «Новую газету» и не финансируют ее ныне. Мы получаем благотворительные взносы от господина Адоньева, он наш надежный партнер и товарищ.

Влечет ли участие Адоньева в финансировании газеты за собой какое-либо влияние на редакционную политику?

Действительно ли заметки, содержащие упоминания о финансовых и личных интересах семьи Чемезова, согласовываются с инвестором и могут не выйти в «Новой газете» во избежание рисков?

— С. Н. Адоньев никогда не вмешивался в политику газеты, ее осуществляет избранный коллективом главный редактор и редколлегия.

Каков размер финансирования, предоставляемого Адоньевым? Означает ли это, что ему принадлежит какой-либо пакет акций «Новой газеты»?

— У господина Адоньева нет акций газеты, они есть у М. С. Горбачева (10%), А. Е. Лебедева (14%) и у редакции (76%).

Чем объясняется невыход в «Новой газете» двух расследовательских материалов с упоминанием интересов Чемезова — «Акулинино в Коста-Браве» и «Кошелек российской элиты»? Оба материала были написаны авторами «Новой газеты», но были опубликованы в «Медузе».

Также работал ли в редакции когда-либо автор с именем Алексей Баринов? За его авторством в газете вышли два материала. Оба несут признаки пиар-публикаций, другие сотрудники редакции не знают корреспондента с таким именем, соцсетей этого автора найти также не удалось. Один из материалов — «Государство приберет нефрит к хорошим рукам» — в позитивном ключе описывает работу компании «Ростех» и друга Чемезова Виталия Мащицкого. Действительно ли этот материал писался автором «Новой газеты»? Проходил ли редакторский контроль? Если нет, то возможно ли, что инвестор газеты или его представители могли тем или иным образом размещать в газете выгодные себе материалы?

— Отчитываться о наших старых публикациях и повседневной работе не склонен, но в отношении принципиального расследования о «Тройке диалог» поясню. Текст готовился совместно с OCCRP, они и установили дедлайны, что меня лично сильно взбесило. Но необходимые по стандартам расследователей комментарии мы успели получить, и готовы были выставить материал на сайт в условленные 18.00. Однако, один из авторов расследования не со зла передал текст коллегам из «Медузы» до истечения срока, нарушив договоренности.

Блестящее расследование по материалам «панамского досье» вышло без купюр. В характеристике одного из персонажей было уточнено одно предложение, которое было согласовано с редактором этого проекта  http://minpravda.com Романом Аниным.

В заключение хотел бы подчеркнуть: «Новая газета» является частным предприятием журналистов и ни разу за всю свою историю не получала бюджетных средств и грантов. С недавних пор мы начали отчитываться о своих финансах перед читателями, которые поддерживают нас пожертвованиями. Все источники финансирования газеты хорошо известны и публичны.

Сам Адоньев от своего участия в жизни «Новой» «получает удовольствие», рассказывает друг бизнесмена: «Он поддерживает то, что никто другой не поддержал бы». Правда, большие деньги, чтобы иметь возможность поддерживать такие проекты, появились у Адоньева благодаря Чемезову и Путину, которые в нужное время встали за спиной бизнесмена.

На йоту ближе к Кремлю

3 марта 2011 года сотрудники ФСО перекрыли подъезды к офису принадлежавшей Адоньеву и партнерам компании «Скартел» в Сокольниках. Сотрудников попросили «не липнуть к стеклам», а на входе установили рамки металлоискателей. В офисе один за другим собрались топ-менеджеры телекоммуникационного рынка России. Вскоре приехали Чемезов и Путин, работавший тогда премьером. Благодаря соглашению, подписанному в тот день, относительно новая компания Yota стала базой для создания в России мобильного интернета четвертого поколения. Сотовые операторы, еще за несколько дней до того воевавшие с компанией Адоньева, были вынуждены согласиться с условиями, предложенными «свыше» — участник встречи намекал на Чемезова с Путиным. «Генеральному сказали: будет такое соглашение. Всем позвонили — все пришли», — описывал тот день топ-менеджер одного из сотовых операторов. Творцы той победы запечатлены на общем фото.

«Чтобы добиться успеха в России, нужно быть частью большой структуры», — сказал однажды Адоньев, писал Forbes со ссылкой на друга бизнесмена. Бизнесмен яркой биографии, начинавший в 90-е в Петербурге, торговавший бананами, отсидевший в американской тюрьме и ставший в итоге пионером 4G в России, Адоньев в 2006 году нашел покровителя в лице Чемезова, которому «продал» свою идею мобильного интернета. «Я, честно говоря, подумал, что это из области фантастики, не очень верилось, что возможно что-либо сделать, — но стал их поддерживать на всякий случай. Там небольшие деньги требовались, а они начали потихонечку развиваться», — вспоминал начало сотрудничества Чемезов. К 2019 году Адоньев избавился от крупных активов и с состоянием в $700 млн занялся инвестициями.

«В чем-то он даже соавтор. Я за свою жизнь видел много людей выдающихся и гениальных, и могу сказать, что я Сергея отношу к людям, пожалуй, даже гениальным», — так роль Адоньева в создании проекта «Дау» описывает собеседник, знакомый и с Адоньевым, и с главным режиссером проекта Ильей Хржановским.

В 2019 году подтвердилось, что Адоньев был одним из главных спонсоров «Дау» — масштабного, многомиллионного арт-проекта, собравшего крайне противоречивые отзывы. Сколько именно из предполагаемой общей суммы в $70 млн вложил бизнесмен — неизвестно, ВВС обнаружил анонимные пожертвования в размере 16 млн фунтов. «Дау» — не единственный проект, в который вкладывается партнер Чемезова. Адоньев глубоко погружен в культурную жизнь — регулярно участвует в богемных посиделках на кухнях, общается с писателем Михаилом Зыгарем, обсуждает труды философа Мераба Мамардашвили, чьи книги сам же помогает издавать, утверждает друг Адоньева, Зыгарь не стал комментировать знакомство с Адоньевым, и охотно спонсирует новые проекты своих друзей, перечисляет знакомый Адоньева. Адоньев давал деньги хору Теодора Курентзиса, школе-студии «Шар», рассказыват друг бизнесмена, Электротеатру Станиславского Бориса Юхананова. «Город дает в районе 75 млн рублей в год, а инвестиции фонда (Адоньева) в несколько раз больше», — говорил Юхананов.

Политические проекты, в отличие от культурных, Адоньев наверняка обсуждает и согласовывает с Чемезовым, говорят бывший высокопоставленный чиновник и друг Адоньева. Адоньев стал спонсором предвыборной кампании Ксении Собчак, которую Алексей Навальный называл спойлером на последних президентских выборах, где Собчак в итоге получила менее двух процентов голосов — 1,68%.

Либерал в начале пути

Летом 2017-го, за несколько месяцев до своего выдвижения в президенты, Собчак ночью приехала к Навальному на Автозаводскую.

Втроем с женой Навального Юлией они под бутылку вина обсуждали намерение Ксении пойти в президенты. Там, сидя на кухне, Собчак сказала, что за участие в выборах ей предложили «кучу денег», цитирует ее Навальный и подтверждает его жена. «У тебя что, денег мало?», — ответил ей тогда Навальный. Собчак отрицала, что упоминала в разговоре деньги «за» кампанию. По ее словам, она приезжала предложить Навальному выдвинуть на выборы его жену Юлию, но получила отказ, а в разговоре упоминала деньги «на» компанию. Собчак сначала согласилась дать комментарий для этого материала, но потом перестала отвечать на звонки.

В конце разговора Собчак спросила, поддержит ли ее Навальный в случае выдвижения, рассказывает политик. Навальный ей отказал, но в тот вечер они расстались по-дружески — до конца поверить, что Собчак правда пойдет на выборы, Навальный не мог, по его собственным словам. В октябре новость о выдвижении Собчак в президенты застала Навального в спецприемнике, где он отбывал очередной арест.

«Я смогу собрать деньги на свою кампанию — и это тоже очень важно, потому что у меня, вероятно, не будет времени собрать их по копейке с миллиона малообеспеченных людей, я надеюсь, что соберу их среди элиты, — и это покажет, что все слои общества недовольны происходящим», — писала Собчак в своей предвыборной колонке в газете «Ведомости». Письмо, в котором Собчак впервые объявила об участии в выборах, было опубликовано в «Ведомостях» 18 октября 2017 года.

«Элита, недовольная происходящим» действительно нашлась. Одним из двух главных спонсоров кампании в итоге стал Адоньев, второй — совладелец журнала Inc. и экс-президент концерна «Росэнергомаш» Владимир Палихата, утверждает собеседник, близкий к Собчак. Для Адоньева участие в кампании не было сложным — бизнесмен дружит с Собчак, «а сумма инвестиций для него — это месяц съемок „Дау“», утверждает друг Адоньева. Еще один знакомый бизнесмена вспоминает, что тот был «сильным либералом в начале пути».

Высокопоставленный чиновник в отставке уверен, что Адоньев обсуждал выдвижение Собчак с Чемезовым, а тот — с Путиным.

Чемезов же в этой ситуации, как и в случае с либеральными медиа, выполнял волю Путина, для которого важно, чтобы «подобные вещи в России были», объяснил собеседник.

На просьбу об интервью с главой «Ростеха» в пресс-службе корпорации ответили отказом, указав, что «личное общение Чемезова с журналистами в формате пресс-брифингов или интервью происходит несколько раз в год по широкому кругу вопросов».

 

Александр Исаев – «мальчиш-плохиш» из команды Дмитрия Босова?

 

Бывший совладелец УК «ВостокУголь» Александр Исаев через суд добивается возвращения принадлежавшей ему 50-процентной доли предприятия. Вскоре после скандального увольнения из структур Дмитрия Босова, он возглавил Управляющую компанию «Эльга Уголь», принадлежащую бизнесмену Альберту Авдоляну, который вместе со своим компаньоном Сергеем Адоньевым стремится объединить несколько крупных угольных предприятий в единый «промышленный кластер». Ранее они заявляли о своем намерении установить контроль, в том числе, над рядом активов, которыми совместно владели Дмитрий Босов и госкорпорация «Ростех» Сергея Чемезова, на поддержку которого сегодня рассчитывают Авдолян и Адоньев. Дело в том, что они совместно развивали не только угольные проекты: скандальную известность получило финансирование бизнесменами из ближайшего окружения Чемезова либеральной оппозиции. Внезапная смерть Дмитрия Босова предоставила прекрасную возможность всем троим реализовать свои далеко идущие планы, используя при этом нового союзника – Александра Исаева, способного принести им на блюдечке один из самых ценных активов покойного олигарха – компанию «ВостокУголь».

Александр Исаев заявляет о своих правах

На минувшей неделе стало известно, что бывший компаньон покойного олигарха Дмитрия Босова и экс-совладелец Управляющей компании «ВостокУголь» Александр Исаев в судебном порядке добивается возвращения ранее принадлежавших ему 50% предприятия.

Причем на первом этапе разбирательств бизнесмену удалось добиться желаемого: определением Арбитражного суда Московской области удовлетворено заявление истца об аресте 50% доли в уставном капитале компании.

Напомним, что еще в начале апреля Босов провел настоящую чистку в топ-менеджменте предприятия, которую начал со своего многолетнего делового партнера Исаева. В качестве причины снятия его с руководящих постов в компаниях «Сибантрацит» и «ВостокУголь» были указаны «вопиющие злоупотребления и хищения на вверенных ему участках работ», а также «распространение недостоверной информации о деятельности компаний».

Изначально эксперты предполагали, что увольнение Исаева не повлияет на его права собственника, однако вскоре СМИ сообщили о том, что принадлежавшая ему доля в УК «ВостокУголь» перешла к Олегу Шемшуку – руководителю финансово-экономическим управлением группы «Аллтек». Из публикаций в прессе следует, что Исаев сам продал свою долю, а Шемшук, в свою очередь, передал ее УК, при этом запросив компенсацию.

О том, что Александр Исаев обратился в суд с иском стало известно еще в апреле, но тогда речь шла исключительно о защите деловой репутации и морального вреда. Второй иск последовал позже и уже напрямую касался восстановления прав на «ВостокУголь». В итоге суд не только вынес решение об аресте 50% доли предприятия, но также запретил компании прямо или косвенно распоряжаться этой долей, а кроме того, удовлетворять заявление Олега Шемшука о его выходе из числа совладельцев.

Столь резкая перемена позиции – от фактически полного отказа иметь что-либо общее с бывшим компаньоном Босовым до желания вернуть «кусок пирога» из наследства покойного олигарха – невольно наталкивают на размышления о том, насколько самостоятелен Исаев в принятии решений и не стоят ли за ним определенные силы, заинтересованные в очередном переделе российского угольного рынка.

Якутский кластер от Авдоляна и Адоньева

Вскоре после своего скандального увольнения, Александр Исаев возглавил новый проект – Управляющую компанию «Эльга Уголь».

Из открытых источников известно, что УК зарегистрирована в конце минувшего апреля, а владельцем 51% акций является ООО «А-Проперти», принадлежащее бизнесмену Альберту Авдоляну.

Также в апреле «Коммерсант» сообщил о закрытии сделки, в результате которой компания «Мечел» Игоря Зюзина продала «А-Проперти» расположенное в Якутии Эльгинское угольное месторождение. Отмечалось, что структуры Авдоляна приобрели за 89 млрд рублей контрольный пакет акций в «Эльга-дорога», «Мечел Транс Восток» и «Эльгауголь». Комментируя сделку, сам Авдолян подчеркивал: она стала всего лишь завершением «первого этапа формирования промышленного кластера, включающего Якутскую топливно-энергетическую компанию».

Что касается УК «Эльга Уголь», ставшей новым местом работы Александра Исаева, то она создавалась именно для управления Эльгинским месторождением, запасы которого составляют 2,2 млрд тонн.

О намерении Альберта Авдоляна и его бизнес-партнера Сергея Адоньева создать в Якутии промышленный кластер портал РБК писал в августе 2019 года. К тому времени компаньоны уже стали собственниками Якутской топливно-энергетической компании (ЯТЭК), выкупив ее долги Сбербанку, которые составляли 3 млрд рублей. По информации «Интерфакса», в марте 2020 года «А-Проперти» являлась владельцем 73,1% акций якутского предприятия и готовилась направить еще порядка 8,9 млрд рублей на приобретение акций миноритариев.

Как рассказывала РБК представитель компании Анастасия Харитонова, в состав формируемого в Якутии кластера, Авдолян и Адоньев, помимо ЯТЭК, планируют включить также активы, совладельцем которых в то время являлся Дмитрий Босов, а именно Огоджинский угольный проект и расположенный в Приморье порт Вера. Вот только каким именно путем они собираются это сделать, собеседник издания не уточнила.

Исаев и Лапшина: «чужаки» в окружении Босова?

Еще раз подчеркнем, что публикация РБК вышла в августе прошлого года. Издание отмечало, что в тот момент собственником 50% Огоджинского проекта (владеющего лицензией на разработку одноименного угольного месторождения в Амурской области) являлась компания «Сибантрацит» Дмитрия Босова. Владельцем 12,5% выступала госкорпорация «Ростех» Сергея Чемезова. Еще 37,5% принадлежало Екатерине Лапшиной.

Из публикаций в прессе известно, что ранее госпожа Лапшина управляла активами Авдоляна и Адоньева. Некоторые авторы прямо пишут: она до сих пор представляет интересы принадлежащей Адоньеву компании «Marsfield Capital». Кроме того, Лапшина имеет прямое отношение к порту Вера, так как именно она является владельцем компании «Амур-Логистика», которой, в свою очередь, принадлежит доля в портовом проекте. Еще одним его собственником выступает все тот же «Ростех».

Таким образом, мы можем убедиться в том, какие сложные подковерные игры велись вокруг активов Босова еще при его жизни и сколько желающих было заполучить контроль над этими активами. Причем далеко не последнюю роль в «холодной угольной войне» играл сам Сергей Чемезов, имя которого давно связывают с коммерческими структурами Авдоляна и Адоньева.

На них, как мы знаем, сегодня усердно работает Александр Исаев, недавно решивший вернуть принадлежавшую ему долю компании «ВостокУголь». В свете всего сказанного выше, невольно задаешься вопросом: насколько давно он сотрудничает с «А-Проперти» и не этот ли «удар в спину» повлиял на окончательное решение Босова расстаться со своим давним деловым партнером?

Примечательно, что в тот момент, когда «А-Проперти» выкупала долги ЯТЭК, глава Якутии Айсен Николаев рассказывал корреспонденту РБК о том, что контроль над компанией готовится установить руководство «Ростеха». В самой госкорпорации эту информацию опровергли, однако близкий к ней источник сообщил изданию, что речь идет о структуре, связанной с «Ростехом» деловыми отношениями.

Здесь будет уместным заметить, что о коммерческом взаимодействии «Ростеха» с компаниями Альберта Авдоляна и Сергея Адоньева СМИ писали и раньше. Например, издание «Ведомости» еще в 2012 году называло Авдоляна «человеком из окружения гендиректора «Ростехнологий» Сергея Чемезова, близким еще к холдингу «Росвооружение» (в конце 2012 года корпорация «Ростехнологии» была переименована в «Ростех»).

В сентябре 2015 года «Коммерсант» подробно рассказывал о сотрудничестве госкорпорации с фондом «Telconet Capital» в вопросах разработки Гербикано-Огоджинского угольного месторождения. В числе совладельцев фонда назывались Авдолян и Адоньев.

Получается, что над угольным проектом компаньоны уже долгое время трудятся совместно с «Ростехом». Причем настолько тесно, что даже глава Якутии умудряется их отождествлять.

Чемезов, Адоньев и деньги либеральной оппозиции

Но общие коммерческие интересы Чемезова, Авдоляна и Адоньева прослеживаются отнюдь не только на угольном рынке. Дело в том, что в декабре прошлого года стало известно об имевшей место поддержке Чемезовым представителей либеральной оппозиции. Как писало интернет-издание «Проект», речь шла о якобы имевшем место финансировании международного русскоязычного телеканала RTVI, имеющего штаб-квартиру в Нью-Йорке, «Новой газеты», а также президентской компании Ксении Собчак.

Вместе с тем, авторы публикации отмечали, что «Ростех» – государственная корпорация, которая по закону не может инвестировать в СМИ и другие проекты, не связанные с ее основной деятельностью. Но есть сторонние проекты, которые управляются и финансируются близкими к Чемезову менеджерами и бизнесменами».

К числу таких «бизнесменов» издание относит основателей телекоммуникационной компании «Yota» Авдоляна и Ананьева.

По информации авторов расследования, ежемесячные денежные поступления «Новая газета» стала получать на рубеже 2014-2015 гг., как раз в то время, когда в редакции начался серьезный финансовый кризис и встал вопрос возможного отказа от печатной версии.

Говоря о неожиданном спонсоре, редакция подчеркивает: «Им стал акционер компании Yota Сергей Адоньев, но в переговорах участвовали Чемезов и их общий партнер Альберт Авдолян». Кстати, главный редактор «Новой» Дмитрий Муратов в своем комментарии подтвердил факт получения «благотворительных взносов» со стороны Адоньева, назвав его «надежным партнером и товарищем».

Что касается финансирования Адоньевым президентской компании Ксении Собчак, то это изначально не являлось секретом. Вот только согласно источникам и в этом случае спонсорская помощь не обошлась без денег Сергея Чемезова и предварительного согласования с Кремлем, где «добро» на подобные проекты дается исключительно с целью демонстрации имеющей место в России свободы слова.

«Американская отсидка» и «кокаиновый след» Сергея Адоньева

Впрочем, ни Чемезов, ни Авдолян в контактах с либералами официально не засвечены. В отличие от того же Адоньева. Правда, с учетом некоторых обстоятельств биографии последнего, не стоит удивляться, что этот фронт работы «возложили» именно на него.

Как известно, в середине 1990-х бывший «банановый король» (Адоньев и его компания JFC занимались поставками в Россию тропических фруктов) оказался фигурантом уголовного дела о знаменитой «сахарной афере»: речь шла о взятке, в размере 550 тыс. долларов, которую, якобы, получили от бизнесмена чиновники в Казахстане за «положительное решение вопроса» о поставке в республику 25 тыс. тонн кубинского сахара. Позже дело было прекращено, но это не спасло Адоньева от ареста и обвинительного приговора в США за нарушение эмбарго в отношении Кубы, а также отмывание денег и мошенничество.

Как отмечает «Forbes», часть обвинений коммерсант признал, за что был приговорен к 30 месяцам ареста и штрафу. «В разговорах знакомых Адоньева тема его отсидки – табу», – говорится в тексте публикации.

Вместе с тем, по информации издания «The Insider», американское правосудие интересовали не столько махинации с кубинским сахаром в Казахстане, сколько причастность Адоньева к поставкам крупной партии кокаина, шедшей из Колумбии и арестованной в 1993 году на российско-финляндской границе. Оказывается, имелись все основания подозревать, что получателем груза в России должна была стать «фруктовая» компания JFC.

«Однако обвинение замяли под давлением Кремля, а депортированный на родину Адоньев вышел досрочно и начал выстраивать телекоммуникационный бизнес, вкладывая в него сотни миллионов долларов неясного происхождения», – пишет портал «NEWSru.com».

Что ж, замечательного компаньона выбрал себе Альберт Авдолян! Тем не менее сегодня Авдоляна имя мы чаще всего встречаем в лентах бизнес-новостей, в то время, как Адоньева по большей части связывают с финансированием оппозиции, получившим высокое одобрение Кремля. Само собой, Чемезов от таких авантюр официально предпочитает дистанцироваться.

Зато в чем заинтересованы все трое, так это в новом переделе российского угольного рынка, в рамках которого владельцы «А-Проперти» при поддержке «Ростеха» перейдут ко второму этапу создания того, что они именуют «промышленным кластером Якутии». И сегодняшние действия Александра Исаева с этими планами явно согласуются.

 

Великий махинатор. Что связывает миллиардера Сергея Адоньева с контрабандой кокаина и Путиным

 

Вчера стало известно, что болгарское гражданство миллиардера Сергея Адоньева аннулировано, после того как власти страны узнали о судимости российского олигарха (по болгарским законам гражданство с судимостью получить нельзя). Совладелец Yota Сергей Адоньев, известный широкой общественности также как спонсор «Новой Газеты», избирательной кампании Собчак и фильма «Дау», был арестован в США еще в 1998 году, после того как организовал мошенническую схему с поставкой кубинского сахара в Казахстан. Однако The Insider удалось подтвердить, что в адрес Адоньева выдвигалось и намного более серьезное обвинение — в причастности к кокаиновому трафику из Латинской Америки в Европу через петербургский порт. Однако обвинение замяли под давлением Кремля, а депортированный на родину Адоньев вышел досрочно и при поддержке Путина начал выстраивать телекоммуникационный бизнес, вкладывая в него сотни миллионов долларов неясного происхождения.

Сахарная афера

Адоньев родился во Львове в 1961 году, в 80-х годах закончил Ленинградский политехнический институт (где потом успел поработать преподавателем сопромата), а в 1994 году вместе с Олегом Бойко и Владимиром Кехманом занялся импортом фруктов. Их первой крупной компанией стала «Олби Джаз», но она развалилась из-за банковского кризиса, после чего в 1996 году партнеры создали JFC (Joint Fruit Company) — крупнейшего импортера бананов и цитрусов из Латинской Америки. Именно в те годы Адоньев провернул аферу, за которую позже пришлось поплатиться.

В 1993 году Адоньев вместе с Виталием Рашкованом, Бахытяном Оралбековым и Олегом Поповым создали две компании в США — Megabucks Trading и Metal Works Company, обе были зарегистрированы в Беверли Хиллс (Лос-Анджелес, Калифорния). Через эти компании Адоньев и его партнеры «вели переговоры» с правительством Казахстана о поставке в республику 25 000 тонн кубинского сахара за $6,7 млн. Согласно данным ФБР, работа Адоньева заключалась в том, чтобы дать взятки нужным казахским чиновникам, в то время как Рашкован занимался административными вопросами и американскими банковскими счетами. При этом, утверждает ФБР, никакого сахара не существовало и не могло существовать — во первых, потому что реальный кубинский сахар в таком количестве стоил бы вдвое дороже, а во-вторых, потому что американским компаниям не разрешено торговать с Кубой из-за эмбарго.

Согласно документам ФБР, Адоньев несколько раз был в Казахстане в 1993 году и договорился о фейковой сделке с Владимиром Крупеневым, на тот момент личным советником Назарбаева, посредством взятки в размере €700,000. Эта сумма была переведена со счета компании Адоньева на счет одного из московских казино, которым, по данным ФБР, владел бизнес-партнер Адоньева. Сняв деньги со счетов казино, Адоньев и Оралбеков выплатили их Крупеневу наличными, после чего тот организовал первый трансфер в размере $4 млн на счет Megabucks в Лос-Анджелесе. На эти средства Адоньев и его партнеры немедленно купили себе роскошные квартиры и автомобили. Летом 1993 года Адоньев и Попов приобрели Бентли, Мерседес, Джип и Ламборгини — все на средства казахских налогоплательщиков.

Чтобы афера могла продлиться дольше и чтобы продолжать получать платежи, Адоньев должен был показать хотя бы какие-то поставки. В сентябре 1993 года он купил 100 тонн сахара с казахского завода за $300,000 (используя лондонскую торговую компанию как прикрытие) и «доставил» его как кубинский сахар. После того как последние $500 тысяч были переведены, ФБР раскрыло мошенничество и заморозило счета. Адоньев, который к тому времени уже вернулся в Петербург, попал в розыск Интерпола. Он был задержан в 1997 году в Дюссельдорфе и депортирован в США. И вот тут-то началось самое интересное.

Кокаин

В 1998 году Адоньева и Рашкована признали виновными в мошенничестве, в обмане правительства Казахстана, в даче взятки иностранным чиновникам и отмывании денег. Адоньев признал вину и пообещал вернуть украденные $4 млн казахским властям, в связи с чем его приговорили лишь к 30 месяцам тюрьмы и трехлетнему испытательному сроку. Но и эти 30 месяцев он не отсидел. Под огромным дипломатическим давлением США передали Адоньева досиживать срок в Россию. Почему вдруг Москва так «вписалась» за бизнесмена? Как выяснилось, ФБР интересовалось не только его финансовыми махинациями. В 2000 году газета Los Angeles Times опубликовала статью, в которой цитировалось расследование, проведенное крупной страховой компанией Prudential относительно причин смерти бессменного партнера Адоньева — Олега Попова. Согласно LA Times, компания Prudential обнаружила документы ФБР, показывающие связь Адоньева с отправкой тонны кокаина, впоследствии арестованной на российско-финской границе в 1993 году.

The Insider связался с бывшим следователем ФБР, который вел это расследование в конце 90-х годов, а сегодня возглавляет адвокатское бюро. The Insider уточнил, помнит ли он, что помимо суда над Адоньевым было также и связанное с этим дело о кокаине. Он заявил, что помнит это очень хорошо, но не может раскрывать подробности. Он также отметил, что никогда не сталкивался с таким давлением, как во время работы над этим делом.

Поставка кокаина, о которой идет речь, в свое время нашумела в российской и иностранной прессе. 21 февраля 1993 года УМБР Петербурга (Управление министерства безопасности РФ, прежнее название ФСБ) и МВД РФ «пресекли попытку по ввозу в Россию тонны кокаина» через Выборгскую таможню. Через четыре дня начальник УМБР Виктор Черкесов заявил, что груз шел из Колумбии на корабле, беспрепятственно прошел финскую таможню под видом колумбийской тушенки, а вот российским таможенникам показалось странным, что на некоторых банках отсутствует маркировка, их проверили и обнаружили кокаин. «Изъятый кокаин переходит в собственность государства и будет использован в медицинских целях», — заявил Черкесов, которого цитирует газета «Невское время» в статье «Лечиться будем кокаином» от 25 февраля 1993. Черкесов заявил, что по состоянию на 1993 год в Петербурге в лечебных целях «использовался лишь один килограмм кокаина», и запасы необходимо пополнить. В то время такие объяснения не вызывали скандала.

Черкесов тогда почему-то не назвал фирму, которая должна была заниматься расфасовкой кокаина в Петербурге (откуда он должен был поступить обратно в Европу). «Ее название следствие держит в секрете». Как и фамилию задержанного подозреваемого, «гражданина Израиля, бывшего гражданина СССР».

Позже бельгийское издание Le Soir публиковало расследование, согласно которому «доблестная операция питерских чекистов» на самом деле была незаконным срывом международной операции Интерпола «Акапулько», которая готовилась три года и началась с прослушек, сделанных колумбийской полицией. Контейнер, который контролировало следствие, «шел из Боготы в Гетеборг, а затем, из Гетеборга в Котку, в конце концов перехватывается русскими, вопреки всей логике, не там, где планировалось — под Выборгом. Груз ждала в Петербурге компания Agricum», — сообщает Le Soir. По данным автора статьи Le Soir Алена Лалмана (позже он напишет об этом деле книгу), организатором этой поставки был Оскар Донат, которого затем арестовали в Израиле. В Петербурге ему принадлежал целый таможенный терминал ЗАО «Евродонат Терминалз», и предполагалось, что за ним, кроме Доната, стоят петербургские власти. Зарегистрировал «Евродонат Терминалз» комитет внешних связей мэрии Петербурга в 1991 году. Помимо Доната ряд фигурантов были арестованы в России, Израиле и Колумбии. Почему-то впоследствии ни о каком «громком судебном процессе в России», как в феврале 1993 обещал Черкесов, не сообщалось.

Эта знаменитая тонна кокаина сыграла довольно важную роль в расстановке сил в криминальном мире Петербурга. Экс-лидер Тамбовской ОПГ Владимир Барсуков (Кумарин) уже находясь за решеткой, вспоминал, что по поводу этой поставки с ним общался Николай Аулов - будущий генерал-полковник полиции и замглавы ФСКН, оказавшийся правой рукой «авторитета» Геннадия Петрова:

Я хорошо знаю Аулова, с капитанских его времен, со времени, когда через Выборг первая тонна кокаина была перевезена в банках «тушенки». Была встреча с Ауловым в 1992–1993 годах, на которой (как я понял) он намекал мне, чтобы я взял наркотики под контроль, аргументируя, что тот, кто возьмет это под контроль, получит большие деньги. Те, кто получат большие деньги, станут сильными и перебьют нас или пересажают, что в итоге и получилось, все сбылось.

Уже намного позже связь той самой банановой компании JFC с поставками кокаина получила новое подтверждение. В 2015 году за отмывание кокаиновых денег правоохранительные органы Эквадора попытались задержать представителя компании JFC, гражданина России кубинского происхождения Дмитрия Мартинеса (ему удалось скрыться). По данным местных правоохранителей, в общей сложности криминальной группой во главе с Дмитрием Мартинесом было отмыто $300 млн, которые поступали в страну в виде кредитов, взятых в российских банках. Ранее, в 2014 году, в порту города Гуаякиль полиция конфисковала более тонны кокаина, предназначавшегося для отправки в Кувейт транзитом через Испанию. Наркотики находились на судне в контейнере для бананов, принадлежащем фирме Exbafrut, которой владеет Мартинес. По словам министра внутренних дел Эквадора Диего Фуэнтеса, за десять лет существования разоблаченная преступная группа успела отмыть более $1 млрд.

Итак, Сергей Адоньев, которого ФБР подозревало в причастности к этому делу, не только спешно экстрадируется в Россию, но и освобождается, не отсидев весь срок. Более того, вскоре его карьера стремительно пошла в гору, в том числе и при активной поддержке лично Владимира Путина.

Свой человек

В 2006 году Адоньев создал фонд Telconet Capital, который стал основным акционером телекоммуникационного оператора «Скартел» (торговая марка Yota). Yota странным образом удалось получить лицензию GSM, не имея своих передатчиков (она пользовалась вышками «Мегафона»), после чего Адоньев за 4 года (2007-2011 год) вложил в «Скартел» ни много ни мало $600 млн. Откуда у бывшего продавца бананов нашлись средства на такие инвестиции — неясно (если, конечно, он продавал только бананы). Зато известно, что с 2006 года его покровителем стал Сергей Чемезов, глава «Ростехнологий» и бывший коллега Путина по дрезденской резидентуре КГБ. В 2008 году «Ростех» стал обладателем 25% акций «Скартела».

Подъем Yota не вызывал восторга у других телекоммуникационных компаний, но и тут помогло вмешательство сверху. 3 марта в офисе Yota собрались руководители и основные акционеры всех крупных российских телекоммуникационных компаний. Помимо Чемезова и Адоньева они обнаружили там лично Владимира Путина, в присутствии которого они подписали соглашение, крайне выгодное для Адоньева: на базе «Скартела» создавалась инфраструктурная компания, в чьей сети участники соглашения смогут оказывать услуги мобильного интернета по технологии LTE.

В 2013 Адоньев и его партнер Авдолян продали свою долю в «Скартел» Усманову — тогда сумма сделки оценивалась в 1,3 млрд. В 2017 году Forbes оценивал его состояние в $0,8 млрд. В последние годы Адоньев появляется в новостях чаще не как бизнесмен, а как спонсор, причем спонсор тех проектов, в которые не все рискнули бы вкладываться и которые не имели никаких шансов окупиться: он финансировал проект «Дау» (долгожданная премьера которого пройдет сегодня в Париже), он финансировал предвыборную кампанию Ксении Собчак и до сих пор является основным спонсором «Новой Газеты» (в редакции отмечают, что инвестор он хороший — в редакционную политику не вмешивается).

SOCIAL NETWORK
Иследования
Обзоры
Теги
Поиск
О НАС
  • На нашем сайте вы всегда можете найти ежедневно обновляемые актуальные новости со всех регионов странны, без субъектива и политической ангажированности. Среди основных рубрик нашего сайта, которым мы отдаём предпочтение стоит выделить новости экономики, новости политики, новости строительства и недвижимости, новости туризма и новости здравоохранения.

Бизнес-планы
Go to TOP